Л: I, II, III, IV
1: I, II, III, IV, V, VI
: этот список надо дополнять :

- куда вы дели вашу восхитительную бородку, она мне так нравилась. - сбрил. - сбрили? - ну да. сбрил. 2й показал мне, как бриться ножом, а потом я и сам попробовал. - ножом? - так точно, чему вы... - Господи... где он? - кто? - нож! послушайте. мы с вами, кажется, договаривались, что никакого оружия, никаких ножей тем более, в этом доме не было и не будет! я не хочу рисковать. впрочем... а впрочем, ладно, но как это вы не порезались... но нож отдайте сейчас же. - он у 2го. - ах, вот оно что. хорошо. я поговорю с ним. но вы, вы больше никогда не берите в руки нож. - но отчего же? что вас так смущает? - смущает? меня ничего не смущает и вам ли этого не знать. так как вы живете тут под моей защитой. да, под моей! вы живете тут под моей защитой и я прошу вас относиться ко мне хотя бы чуточку серьезнее. например, прислушиваться к моим просьбам. я очень рассчитываю на ваше благоразумие
- Ну вот у нас тут дети нарисовали. Помните, вы просили. Выставка там, поделки, рисунки для мамы. - Директор взял протянутую ему пачку альбомных листов. - Это вот Илюша, вот Сенечки картинка, смотрите, какая хорошенькая... Анечка вот, тоже...
Половина иллюстраций потекшими акварельными всхлипами изображала взрывы, пожары, отрубленные головы, танки, самолеты, бегущих на огрызках ног людей (- вот этот вот рисунок, он чей? - Илюшеньки, да. Только у него родители пропали, мы фамилию не знаем пока... - выкиньте или пусть кто-нибудь с собой заберет, мне тут кошмары на ночь не нужны у нянечек. - у нянечек не нужны, а у детей? - на детей мне плевать, все равно никто из них дольше нас, боюсь, не проживет. извините)
- Анечка, поди сюда. Послушай, милая, что ты нарисовала, расскажи папе, пожалуйста. - Ну... - Анечка всхлипывала, размазывая грязь по щекам. - это война. Тут все стреляют, боятся, плачут и кричат. А мы убегаем
3й снова посмотрел на альбомный лист. Серое небо, кляксы взрывов, горящие дома, под ними - три скособоченных фигурки - одна как будто мать и две поменьше, а чтоб не оставалось никаких сомнений, ребенок надписал портреты - МАМАСВЕТА, АНИЧКА, ЮЛR. Отца, себя, на рисунке он не увидел, не разглядел. 3й почуствовал как у него вспотели ладошки. К горлу подступил комок пережеванной газеты. Он вымученно улыбнулся дочери, только лишь потому, что, как ему тогда показалось - обязан был улыбнуться и повернулся к жене, стараясь сохранить спокойствие и хотя бы минимальное присутствие духа:
- Свет, откуда это у нее?
- В садике набралась она, что ли? Анечка, какая война, что ты... - Мама Света застыла у мойки с застиранным полотенцем
- а кто с кем воюет, Анечка? - 3й легонько дотронулся до Анечкиного плеча
- Все со всеми. - А куда мы убегаем? (Анечка подняла глаза на отца, пристально вглядываясь в него) - куда глаза глядят - тихо произнесла Анечка и снова потупила взор. 3го обдало холодом, жаром, снова холодом, некстати вспомнились слова о том, что если долго вглядываться в Бездну, Бездна начнет вглядываться в тебя, он как-то неестественно вскочил со стула, вновь присел, схватил дочь за плечи, поднял ее голову, заглянул в ее лицо, полное отчаяния и страха, готовое не просто разреветься брызнуть солеными слезами без каких-либо достаточных на то причин. - Свет, вы кушали уже? - зачем-то спросил он. - Да. Тебе погреть? - Нет, спасибо, родная. чего-то не хочется пока... уже
- И что же ты, не помнишь, где эти три года провел? - где это я... какие три года, вы о чем? - ну так я тебе напомню. и 2й напомнит тоже
»
...Ich weiß nicht, was soll es bedeuten,
Daß ich so traurig bin;
Ein Märchen aus alten Zeiten,
Das kommt mir nicht aus dem Sinn.
Die Luft ist kühl und es dunkelt,
Und ruhig fließt der Rhein;
Der Gipfel des Berges funkelt
Im Abendsonnenschein.
Die schönste Jungfrau sitzet
Dort oben wunderbar;
Ihr goldnes Geschmeide blitzet,
Sie kämmt ihr goldenes Haar.
Sie kämmt es mit goldenem Kamme
Und singt ein Lied dabei;
Das hat eine wundersame,
Gewaltige Melodei.
Den Schiffer im kleinen Schiffe
Ergreift es mit wildem Weh;
Er schaut nicht die Felsenriffe,
Er schaut nur hinauf in die Höh'.
Ich glaube, die Wellen verschlingen
Am Ende Schiffer und Kahn;
Und das hat mit ihrem Singen
Die Lorelei getan.
как они все оказались в конкретном месте в конкретное время, встряв словно негры в белую пятницу - доподлинно неизвестно. в лучших традициях человеки катают во рту секреты, шкафы переполненны скелетами, что до остального мира - о нем уже не вспоминают, даже не рефлексируя на отраженные от космоса радиоволны. голод, лихорадка Марбурга, ВИЧ, войны Гога и Магога - что бы там ни случилось, все это им видится пустым, лишенным смысла и не стоящим даже утренних разговоров
#0002 большое молчание
#0001 между смыслом и смертью
![]() | You are viewing Log in Create a LiveJournal Account Learn more | Explore LJ: Life Entertainment Music Culture News & Politics Technology |